телефон 978-63-62
978 63 62
zadachi.org.ru рефераты курсовые дипломы контрольные сочинения доклады
zadachi.org.ru
Сочинения Доклады Контрольные
Рефераты Курсовые Дипломы
путь к просветлению

РАСПРОДАЖАРазное -30% Красота и здоровье -30% Книги -30%

Моя летопись: 1999-2007

Молочный гриб необходим в каждом доме как источник здоровья и красоты
Молочный гриб необходим в каждом доме как источник здоровья и красоты + книга в подарок

поискв заголовках в тексте в маркете

О визуальной поэтике В. Набокова

Пансион - это дом-поезд, пассажиры которого объединены случайным соседством, и дом-вокзал, так как он стоит у железной дороги и кажется, что поезда проходят через него. Отметим, что эффект "прозрачности" вещей используется в кубизме. Но "прозрачность" в романе имеет прежде всего значение отсутствия приватности. Пансион - "стеклянный дом" (Набоков 1999, 2: 72). Этот образ полного отсутствия частной жизни встречается как в демократической (Руссо), так и в антитоталитарной литературе (Замятин). Например, добродетельный "соглядатай" Вольмар у Руссо говорит: "Все предписания морали можно заменить следующим правилом: "Никогда не делай и не говори ничего такого, чего бы ты не решился сделать известным всем и каждому". Я, например, всегда считал достойнейшим человеком того римлянина, который решил построить свой дом таким образом, чтобы каждый мог видеть, что там происходит" (Руссо 1968: 390). Карамзин, полемизируя с руссоистским стремлением самообнажения и "прозрачности", пишет повесть "Моя исповедь", герой которой "намерен говорить о себе", подражая веяниям века: "Нынешний век можно назвать веком откровенности в физическом и нравственном смысле Теперь везде светлые домы и большие окна на улицу: просим смотреть! Мы хотим жить, действовать и мыслить в прозрачном стекле" (Карамзин 1964: 729).

"Евгений Онегин" и творческая эволюция Пушкина

"Евгений Онегин" и творческая эволюция Пушкина А. Немзер Саратов 1999 Предисловие к первому изданию первой главы «Евгения Онегина» Пушкин открывает словами: «Вот начало большого стихотворения, которое, вероятно, никогда не будет окончено» (638) . Как представляется, тезис этот должен быть соотнесен с другой автохарактеристикой - содержащейся в LX строфе той же первой главы. Здесь роман противопоставлен предполагаемой «поэме песен в двадцать пять». Упоминание о «форме плана» этой поэмы прямо подразумевает «беспланность» ныне предлагаемого сочинения: «Покаместь моего романа / Я кончил первую главу: / Пересмотрел все это строго; / Противоречий очень много, / Но их исправить не хочу» (30). Заметим и другую - менее явную - антитезу: сообщение о будущей «поэме песен в двадцать пять» в LIX строфе вырастает из предшествующих (строфы LVII-LIX) рассуждений о собственном лирическом творчестве («Но я, любя, был глуп и нем.// Прошла любовь, явилась Муза» - 30). Пушкин настойчиво отрицает спонтанность поэзии, самую возможность (для себя!) мгновенного поэтического отражения чувства, утверждает, так сказать, внелирический подход к материалу.

Тема войны в произведениях писателей второй половины XX века

Дерево для тебя все еще ориентир, овраг – убежище, камень – укрытие от чужой пули, огня И крик из хатынского прошлого: «Сынок мой, сынок, зачем же ты ботики резиновые надел, зачем же обулся в эту резину, твои же ножки гореть долго будут в резине!.» Как бы мы не отодвигали, не задвигали подальше, заталкивали поглубже эти – в памяти и в сознании нашем – «кадрики» уже вклеены, проносятся. Эти «кадрики», героические или трагические по смыслу, не просто вклеены в память, в семейные альбомы, из которых как-то отрешенно смотрят на нас совсем молодые люди в пилотках, гимнастерках. Литература о человеке на войне, собирая эту энергию памяти, голоса и лица тех, кто отстоял «жизнь против смерти», сейчас, в начале XXI века, когда войны то и дело вспыхиваю как болевые точки на планете, превращается в звучащий колокол всеобщей памяти, колокол тревоги. Создавать коллективную летопись великого подвига народа советские писатели начали с первого дня войны. И это естественно. Это закономерно. Свыше тысячи участвовали в войне в качестве военных журналистов, командиров, политработников, бойцов, ополченцев, партизан, каждый третий из них не вернулся с войны, каждый третий погиб, защищая свою Родину.

Исаковский

Об этом он поведал в стихотворениях «Земля в Чистополе», «Из Чистопольских записей». В Чистополе подолгу не работали почта и радио, но ни на минуту не испытывал Исаковский душевного отрыва от общей судьбы народа, не исключая себя из атмосферы всенародной борьбы. Тяжело, горько переживал Исаковский невозможность с оружием в руках сражаться на фронте. Но сердцем поэт был на фронте, в строю бойцов. «А дни бегут. А сила не вернется, А старость бродит по моим следам. Пусть будет так. Но все же сердце бьется И это сердце – без остатка – там». Лирика Исаковского тех грозных лет – настоящая поэтическая летопись войны. Проникновенно поэт рисует суровые будни фронта и тыла, героические дела и чувства воинов и партизан, рабочих и колхозников, раскрывает всенародный характер и исторический смысл борьбы с фашизмом. Поэтически отображаются не только чувства и думы бойцов-фронтовиков («Перед боем»), но и мужество матери благословляющей сына-воина («Наказ сыну»), беженцев, покидающих родные края («Мы шли »), девушки, провожающей бойца на позиции («Огонек»), советских девушек угнанных в фашисткую неволю («Не у нас ли, подруженьки »).

Набоков

Бабка же моя, мать отца, рожденная баронесса Корф, была из древнего немецкого (вестфальского) рода и находила простую прелесть в том, что в честь предка – крестоносца был будто бы назван остров Корфу. Корфы эти обрусели еще в восемнадцатом веке, и среди них энциклопедии отмечают много видных людей. По отцовской линии мы состоим в разнообразном родстве или свойстве с Аксаковыми, Шишковыми, Пущиными, Данзасами. Думаю, что было уже почти темно, когда по скрипучему снегу внесли раненного в геккернскую карету. Среди моих предков много служилых людей; есть усыпанные бриллиантовыми знаками участники славных войн; есть сибирский золотопромышленник и миллионщик (Василий Рукавишников, дед моей матери Елены Ивановны); есть ученый президент медико- хирургическогй академии (Николай Козлов, другой ее дед); есть герой Фринляндского, Бородинского, Лейпцигского и многих других сражений, генерал от инфантерии Иван Набоков (брат моего прадеда), он же директор Чесменской богадельни и комендант С. – Петербургской крепости – той, в которой сидел супостат Достоевский (рапорты доброго Ивана Александровича царю напечатаны – кажется, в «Красном Архиве»); есть министр юстиции Дмитрий Николаевич Набоков (мой дед); и есть, наконец, известный общественный деятель Владимир Дмитриевич (мой отец). В.В. Набоков ЛЕТОПИСЬ ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВА Н А Б О К О В А РОССИЯ (1899-1919): 1899. 22 апреля (по новому стилю) в Петербурге родился Владимир Владимирович Набоков.

страницы 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Моя летопись. Тэффи
В дореволюционной России имя "королевы юмора" Тэффи (Надежды Александровны Лохвицкой 1872—1952) пользовалось огромной славой.
644 руб
Раздел: Биографии литературных деятелей
Spelling Made Easy, Ages 5-6 Key Stage 1. Vorderman Carol
Help your child be top of the class with the best-selling home-study series from Carol Vorderman. Let Carol Vorderman help your child
326 руб
Раздел: Dorling Kindersley
Spelling Made Easy, Ages 6-7 Key Stage 1. Vorderman Carol
Help your child be top of the class with the best-selling home-study series from Carol Vorderman. Let Carol Vorderman help your child
326 руб
Раздел: Dorling Kindersley
телефон 978-63-62978 63 62

Сайт zadachi.org.ru это сборник рефератов предназначен для студентов учебных заведений и школьников.