телефон 978-63-62
978 63 62
zadachi.org.ru рефераты курсовые дипломы контрольные сочинения доклады
zadachi.org.ru
Сочинения Доклады Контрольные
Рефераты Курсовые Дипломы
путь к просветлению

РАСПРОДАЖАТовары для дачи, сада и огорода -30% Товары для детей -30% Игры. Игрушки -30%

Пришвин

Молочный гриб необходим в каждом доме как источник здоровья и красоты
Молочный гриб необходим в каждом доме как источник здоровья и красоты + книга в подарок

поискв заголовках в тексте в маркете

Литературные группы 20-х гг.

Появилось немало новых материалов и к истории давно известных и, казалось бы, хорошо изученных групп и объединений. Скифы Символизм как течение после Октября не развивался. А.Белый и Вяч.Иванов преподавали в Пролеткульте; молодые пролетарские писатели заимствовали у Белого символику, идеи космизма, урбанизма, но многое, разумеется, в том числе антропософия Белого, оставалась невостребованным. В 1921 г. ушел из жизни А.Блок, а в 1924 - В.Брюсов. Но А.Белый весной 1928г., работает над автобиографическим очерком "Почему я стал символистом и почему я не перестал им быть во всех фазах моего идейного и художественного развития" и пропагандирует приемы своей литературной работы в известной серии "Как мы пишем". Пока же, в преддверии Октября и годы революции символисты, и прежде всего А.Блок примкнули к известной группе "Скифы" (1917-1918), возглавляемой Р.Ивановым-Разумником. Это были писатели разных школ и направлений (кроме А.Белого и А.Блока в группу входили С.Клычков, С.Есенин, П.Орешин, А.Чапыгин, О.Форш; в сборниках также печатались А.Ремизов, Е.Замятин, М.Пришвин). Их объединяли вначале близость к левым эсерам, потом - на первых порах - сотрудничество с советской властью и, главное, издание сборников "Скифы" (вышло всего 2 выпуска).

Тема хозяина в романе М.А.Шолохова «Поднятая целина»

Почему надо уничтожать основного производителя хлеба в стране? Чем объяснить варварское отношение хороших хозяев к собранному урожаю? Что им мешает продать зерно государству? Шолохов не уклоняется от ответов. По данным Кондрата Майданникова, государство платит крестьянину за пуд зерна рубль с гривенником. Чистый денежный доход Майданникова за год составляет сорок один рубль. Смехотворность этой суммы подчёркивает упоминание в конце второй книги о цене четвертинки водки: Щукарь, собираясь помянуть утонувшего в колодце козла Трофима, выпрашивает у Давыдова десятку. М.М.Пришвин, описывавший в своём дневнике 1930года события, происходившие в окрестных деревнях Загорска и Переславля-Залесского, отмечал, что башмаки в частной продаже стоили в то время пятьдесят рублей, а сапоги — сто пятьдесят. Кондрат Майданников, продающий хлеб государству, на вырученные деньги может купить только самое необходимое: соль, спички, керосин, мыло. Впрочем, мыло — дефицит, в чём Давыдов убеждается с первых дней приезда. О покупке одежды и обуви гремяченцы могут только мечтать. “В еповской лавке товару нет, а Христиша босая”, — вздыхает о своей дочке Майданников. “В сапогах зиму и лето ходишь, а нам и на чирики товару нету”, — слышит Размётнов во время “бабьего бунта”.

Тема хозяина в романе М.А.Шолохова «Поднятая целина»

Катитесь отсюда к чёртовой матери.” Соединение восклицательных и вопросительных предложений с неправильным употреблением разноспрягаемого глагола и ругательством в яростной отповеди Давыдова отражает тот сплав агрессивности с невежеством, который всегда отличал фанатичных исполнителей чужой воли. По наблюдениям Пришвина, отношение крестьян к сталинской статье было неоднозначным: “Оказался прав тот мужик, который, прочитав манифест, сказал, что хотят взять мужика в обход. Обозначился обход: опубликованы льготы колхозникам и подчёркнуто, что крестьяне вне колхозов этих льгот иметь не будут. Иначе говоря, государственный налог будут платить только дикие крестьяне”. В романе Шолохова оппозиционная точка зрения представлена монологом Половцева: “Ккк-ккой народ! Подлецы!. Дураки, Богом проклятые!. Они не понимают, что эта статья — гнусный обман, манёвр. И они верят. как дети. Их, дураков, большой политики ради водят, как сомка на удочке, подпруги им отпускают, чтобы до смерти не задушить, а они всё это за чистую монету принимают.” В отличие от Половцева, Давыдов не имеет права на всплеск эмоций: жизнь, основанная на насилии, не даёт никаких гарантий для надсмотрщиков, каждый из которых может разделить участь провинившегося раба. “За перегибы придётся, братишечка, расплачиваться, принести кое-кого в жертву.

Тема хозяина в романе М.А.Шолохова «Поднятая целина»

Линяешь, что ли? А ты поменьше на наших девок заглядывайся и особенно — на разведённых женщин. Тебе это для здоровья ужасно вредное.” Но не обо всём догадываются искренне сочувствующие Давыдову друзья. Пейзажная зарисовка пятой главы второй книги открывает новое пространство для обзора. Молчание погружённого в свои мысли Давыдова на фоне величавого степного безмолвия напоминает об аустерлицком небе и размышлениях князя Андрея, со школьных лет связанных для большинства читателей с представлением о духовном кризисе. Созерцание аустерлицкого неба сопровождается внутренним монологом князя Андрея. Шолоховский герой живёт в такое время, когда человек боится даже собственных мыслей. “Нельзя открывать своего лица — вот первое условие нашей жизни. Требуются обязательно мина и маска, построенные согласно счётному разуму”, — писал в 1930 году Пришвин. Поэтому внутренний монолог заменён у Шолохова описанием, с медицинской дотошностью исследующим длительную подавленность Давыдова: “Он стал плохо спать по ночам, утром просыпался с неизменной головной болью, питался кое-как и когда придётся, и до вечера не покидало его ощущение незнакомого прежде, непонятного недомогания”.

Тема хозяина в романе М.А.Шолохова «Поднятая целина»

По мнению Пришвина, с этого начинается необратимый процесс разрушения души: “Существует аппарат, которым просвечивают всякую личность. Постоянную тревогу, чтобы не просветили, можно прикрыть усердной работой без всякой затраты своей личности. и в этой тревоге заключается трата себя, расход: легко дойти до мании преследования”. Трудно предсказать, во что могла бы вылиться борьба Давыдова со страхом, зато в романе представлена история человека, потерпевшего в этой борьбе сокрушительное поражение. Якову Лукичу Островнову, раздирающемуся, “как бык на сколизи”, между колхозом и Половцевым, некому рассказать о том, как он болеет душой, одновременно строя и разрушая общественное хуторское хозяйство. Его увлекает работа, в голове рождаются всяческие проекты, но угнетает сознание обречённости: “Куда же теперь деваться? Не сносить мне головы.” “Тошнотный страх” разрушает тело, приближая болезни, заявляющие о себе то внезапным сердцебиением и головокружением, то приступами тоски и отчаяния, разъедает душу и уродует психику, подталкивая трусливого от природы Якова Лукича к преступлениям.

страницы 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

Кладовая солнца. Пришвин М.
Михаил Михайлович Пришвин (1873–1954) сумел не только обогатить русскую литературу проникновенными описаниями природы, которую любил всем
143 руб
Раздел: Советская литература
Смерть Ивана Ильича. Толстой Л.
Лев Николаевич Толстой, возможно, самый известный российский писатель в мире, непревзойденный прозаик, открывший, по словам В. Набокова,
116 руб
Раздел: Российская литература 19 - начала 20 веков (до 1918 г.)
Тихий Дон (количество томов: 2). Шолохов Михаил Александрович
Роман-эпопея Михаила Шолохова «Тихий Дон» — одно из наиболее значительных, масштабных и талантливых произведений русскоязычной литературы,
332 руб
Раздел: Советская литература
телефон 978-63-62978 63 62

Сайт zadachi.org.ru это сборник рефератов предназначен для студентов учебных заведений и школьников.