телефон 978-63-62
978 63 62
zadachi.org.ru рефераты курсовые дипломы контрольные сочинения доклады
zadachi.org.ru
Сочинения Доклады Контрольные
Рефераты Курсовые Дипломы
путь к просветлению

РАСПРОДАЖАБытовая техника -30% Всё для хобби -30% Сувениры -30%

Проблемы комизма и смеха

Молочный гриб необходим в каждом доме как источник здоровья и красоты
Молочный гриб необходим в каждом доме как источник здоровья и красоты + книга в подарок

поискв заголовках в тексте в маркете

Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средневековья и Ренессанса

Очень важна правильная постановка проблемы народного смеха. В литературе о нем до сих пор еще имеет место грубая модернизация его: в духе смеховой литературы нового времени его истолковывают либо как чисто отрицающий сатирический смех (Рабле при этом объявляется чистым сатириком), либо как чисто развлекательный, бездумно веселый смех, лишенный всякой миросозерцательной глубины и силы. Амбивалентность его обычно совершенно не воспринимается. Переходим ко второй форме смеховой народной культуры средневековья – к словесным смеховым произведениям (на латинском и на народных языках). Конечно, это уже не фольклор (хотя некоторая часть этих произведений на народных языках и может быть отнесена к фольклору). Но вся литература эта была проникнута карнавальным мироощущением, широко использовала язык карнавальных форм и образов, развивалась под прикрытием узаконенных карнавальных вольностей и – в большинстве случаев – была организационно связана с празднествами карнавального типа, а иногда прямо составляла как бы литературную часть их.

Философия смеха

Итак, если вспомнить об уже упоминавшемся основоположном тезисе теории комизма, высказанном еще Аристотелем, то можно предположить следующее: коль скоро мы допускаем, что в глубинных основах негативных эмоций и положительного смеха лежит одна и та же причина, а именно то, что не только плач или ярость, но и смех есть реакция на обнаружение в вещи зла, все становится на свои места: реликтовая, функционально бесполезная мимика – обнажение зубов в гримасах страдания или ярости – закономерно сохраняется и в смехе, но смягчается, маскируется и обретает иной смысл. Мимика улыбки и смеха оказывается эвфемизированной формой оскала недовольства – меньшей доле увиденного зла соответствует “ослабленный” вариант агрессии; по сути, перед нами ее “тень”, имитация, не оставляющая, однако, сомнений относительно источника своего происхождения. Другое дело, что сразу же перед нами встает проблема объяснения того, почему вообще существует феномен парадоксального разделения единой эмоциональной интенции на два столь отличающихся друг от друга потока.

Творчество М. Зощенко в контексте русской литературы

Наконец, Высоцкого и Жванецкого сближает с зощенковской традицией интенсивность смехового эффекта, vis comica, а также органичное сопряжение интеллектуальной изощренности с демократической доступностью. Рассмотрение творчества Зощенко в широкой исторической перспективе позволяет подвергнуть пересмотру распространенное представление о несовместимости смеха с серьезностью, с «учительскими» задачами (что нередко отмечали, например, как общую «слабость» Гоголя и Зощенко). Глубинная, органичная связь комизма и философской серьезности, последовательно претворенная в двуголосом, «двусмысленном» слове, определяет направление пути больших мастеров, пути, который, инверсируя общее место, можно определить формулой: от смешного до великого. Как известно, в России литература взяла на себя «чужие» функции. В соответствии с этим проблема писательско-литературной репутации приобретает болезненный характер. Когда мы начинаем обсуждение тех же проблем, перейдя из XIX века в 20—30-е годы — мы неизбежно сталкиваемся с метафорой «руины». Самое сложное чувство вызывала, видимо, «руина» под кодовым названием «классической традиции великой русской литературы».

Философия смеха

Итак, если вспомнить об уже упоминавшемся основоположном тезисе теории комизма, высказанном еще Аристотелем, то можно предположить следующее: коль скоро мы допускаем, что в глубинных основах негативных эмоций и положительного смеха лежит одна и та же причина, а именно то, что не только плач или ярость, но и смех есть реакция на обнаружение в вещи зла, все становится на свои места: реликтовая, функционально бесполезная мимика – обнажение зубов в гримасах страдания или ярости – закономерно сохраняется и в смехе, но смягчается, маскируется и обретает иной смысл. Мимика улыбки и смеха оказывается эвфемизированной формой оскала недовольства – меньшей доле увиденного зла соответствует «ослабленный» вариант агрессии; по сути, перед нами ее «тень», имитация, не оставляющая, однако, сомнений относительно источника своего происхождения. Другое дело, что сразу же перед нами встает проблема объяснения того, почему вообще существует феномен парадоксального разделения единой эмоциональной интенции на два столь отличающихся друг от друга потока.

Художественное воплощение категорий свободы-несвободы в романах М. Булгакова "Мастер и Маргарита" и Ч. Айтматова "Плаха"

Но одиннадцать лет, а именно столько времени насчитывает её семейная жизнь, Маргарита «.не знала счастья.» Из определения Ф. Шеллинга понятия «свобода», которое философ неразрывно связывает с понятием «счастье», можно утверждать, что Маргарита Николаевна, лишенная счастья, лишена и свободы. Познаёт героиня своё счастье, только познакомившись с Мастером. Уже во время первой встречи М. Булгаков, используя цветовую символику, создаёт тревожную атмосферу, предвещающую страдания: «Маргарита.несла в руках отвратительные, тревожные жёлтые цветы.И эти цветы очень отчётливо выделялись на чёрном её весеннем пальто.» Но пока ничего ещё не предвещает беды. Мастер самозабвенно работает над романом, вдохновляемый любимой женщиной: «Она сулила ему славу, она подгоняла его и вот тут-то стала называть мастером.», говоря, что «.в этом романе её жизнь.» После публикации большого отрывка из романа и начавшейся вслед за этим травли его автора интересна реакция героев на происходящее в контексте проблемы свободы-несвободы. Если статьи Латунского, Аримана и Лавровича вызвали у Мастера смех, затем удивление и страх, вследствие чего писатель заболевает, то у Маргариты - только гнев: «Глаза её источали огонь, руки дрожали и были холодны.» Мастер сломлен, его воля подавлена, Маргарита же не только устояла, но и (это случится позднее) помогла своему возлюбленному воскресить в себе прежнего Мастера.

страницы 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Винни-Пух решает проблемы. Аллен
Проблема в том, что у многих людей - и медведей! - возникают проблемы с самими проблемами: часто бедолаги не знают, как решить проблему, с
109 руб
Раздел: Предпринимательство, торговля
Власть мотивации. Харизма, личность, успех. Энкельманн Н.Б.
Автор, известный в Германии специалист по вопросам мотивации, обобщил свой опыт преподавательской деятельности, которую он осуществлял на
344 руб
Раздел: Прочие издания
Власть харизмы. Личностные качества как средство достижения успеха в профессиональной и личной жизни. Энкельманн Н.Б.
В настоящее время едва ли можно добиться успеха, не обладая харизматическими способностями. Поэтому взяв курс на достижение успеха,
264 руб
Раздел: Прочие издания
телефон 978-63-62978 63 62

Сайт zadachi.org.ru это сборник рефератов предназначен для студентов учебных заведений и школьников.